Дожить до закупки
В январе 2025 года Ирина Подойницына вернулась в Арсеньев, в Приморье, из Москвы. Там она проходила очередную химиотерапию и провела в столице около двух месяцев. Наконец стало получше, и ее отпустили домой: к мужу Александру Хренову, двум дочкам‑близняшкам и старшему сыну.
— Какое‑то время было хорошо. Здесь тоже начали химиотерапию, но без гилтеритиниба. И все, одна‑две недели, и у нее опять температура 39–40, снова начала терять вес. Волосы сколько раз теряла. И 3 апреля она начала умирать. А у меня дети дома, старшему всего 14 было, девчонкам по 11. Я попросил, чтобы ее скорая забрала, — рассказывает Александр.
На следующий день он приехал к ней в больницу — жене вроде даже стало легче. Но уже на другой день все изменилось.
— Пришел, и ей прям плохо уже было, я с ней оставался. Вечером она умерла.
Александр уверен, что проблема в одном препарате, том самом гилтеритинибе, которым не обеспечили его жену. Как объяснили врачи, без него она не смогла выйти в ремиссию.
