Позиции по санкциям: спорные шаги и поиск ясности
Леонид Волков отметил, что снятие санкций с Усманова выглядит позорной практикой, а история вокруг Михаила Фридмана требует отдельного рассмотрения.
По его словам, обе истории следует рассматривать отдельно: Фридман не был заложником и прошёл судебное разбирательство, в то время как Усманов добился снятия давления.
Он добавил, что вместо создания понятных инструментов выхода из‑под санкций для крупных бизнесменов давление на одного человека было принято без условий вроде осуждения войны или поддержки Украины.
Волков вспомнил, что в 2022 году сам подписал письмо в Еврокомиссию с предложением снять санкции с руководителей «Альфа‑Групп» и отметил, что тогда казалось, этот момент был благоприятным, когда элита искала выход.
По его словам, Европа промедлила и не выработала чёткие механизмы, в результате Путин укрепил лояльность элит во время паузы.
«Сейчас уже поздно» — добавил Волков — Фридман вернулся в Россию и вряд ли уйдёт с корабля, который уже не тонет.
Волков отказался называть имена олигархов, но отметил, что у Путина есть свой список, и многих ждёт заслуженное наказание.
Снятие санкций с Усманова связывают с его связями на региональном уровне и дипломатическими договорённостями; такие факторы, как правило, влияли на решения стран.
В 2022 году Волков подписал письмо Еврокомиссии с предложением простого механизма снятия санкций за публичное осуждение войны и разрыв с Кремлём; после публикации он покинул руководящую должность ФБК.
Эти эпизоды подчёркивают сложность санкционных дискуссий и необходимость чётких и предсказуемых правил.
