Январь стал психологическим переломным моментом: продолжительность нынешнего конфликта превзошла по длительности войну 1941–1945 годов, и это усилило ощущение затянувшейся, бесконечной борьбы, которая уже переносится на территорию самой России.
За более чем четверть века у власти был создан мощный ритуал вокруг Дня Победы и памяти предков; однако теперь эта символика начала работать во вред власти: ожидания победы и защиты сталкиваются с реальностью ударов по собственной территории и долгой стагнацией на фронте.
На фоне стагнации боевых действий, серьёзных потерь на фронте и ухудшения экономической ситуации в обществе растёт недовольство. Массовые ракетные и беспилотные удары по регионам усиливают ощущение уязвимости и подрывают образ «сильного лидера». Например, многие отмечают, что теперь война ощущается как происходящая «у нас дома».
«Путин создал этот культ дедов, и теперь это обернулось против него», — сказал политолог и бывший спичрайтер Аббас Галлямов.
Ограничения и меры безопасности, вводимые ради предотвращения атак беспилотников, настолько жёсткие, что даже те, кто ранее поддерживал военные действия, стали выражать тревогу о будущем. В публичных разговорах и салонных обсуждениях появилась тема возможных внутренних разногласий и перебалансировок между силовыми структурами.
Дроны, парад и имидж власти
Распространение ударов беспилотников делает уязвимыми даже те регионы, которые раньше считались удалёнными и защищёнными. Сначала подобные атаки объединяли общество вокруг символов, но с ростом их числа они всё чаще трактуются как демонстрация слабости и неспособности гарантировать безопасность.
«Если бы можно было выбрать, парад не проводили бы — но его квазирелигиозное значение делает это невозможным», — отмечает военный эксперт Нико Ланге.
«Сегодня Путина воспринимают как старого дедушку, не знающего реального положения дел в жизни людей. Его больше не воспринимают как защитника», — констатирует аналитик Александр Баунов.
Наблюдается изменение настроения: те, кто раньше не интересовался политикой, теперь открыто высказывают недовольство, обсуждают страдания населения и критикуют власть. Исторически такие сдвиги в общественном настроении иногда предшествовали крупным политическим переменам. При этом у государственной машины пока остаются ресурсы для контроля ситуации, но эксперты предупреждают, что события могут развиваться быстро и непредсказуемо.
