Светлана живёт в посёлке с начала 1990‑х. Она работает в Калининграде по сменному графику и фактически осталась одна в шестиоквартирном доме на улице Лермонтова: взрослый сын приезжает редко, остальные жильцы уже съехали.
Ещё с 2012 года Светлана добивалась признания здания аварийным; официально дом признали непригодным для проживания только в 2022 году.
За годы запустения кровля частично провалилась, на ней выросло дерево, корни которого уже проникают в жилые комнаты. Во время сильных дождей Светлане приходится ставить вёдра и тазы по всей квартире; по кухне она ходит в калошах.
«Как вылезти из‑под одеяла — уже первое препятствие. Дома очень холодно, хоть топи, хоть не топи. Всё гнилое, всё сыпется, и натопить невозможно. С работы приезжаешь — дома четыре градуса тепла. Люди после суток в ванну сходят, а мне сначала надо затопить печку, включить бойлер и только потом думать, как помыться», — говорит Светлана.
Постоянная сырость привела к появлению грибка и плесени, от влажности испортились мебель, техника и личные вещи. После признания дома аварийным женщине предложили временное жильё в маневренном фонде, но оно показалось ей ещё менее пригодным для жизни: муниципальную квартиру не привели в нормальное состояние.
Светлана не хочет уезжать из родного Большаково — переезд может заставить её отказаться от нынешней работы. По постановлению администрации Славского муниципального округа дом подлежит сносу до 31 декабря 2026 года.
Женщина с тревогой ждёт этого срока: «Как заводят разговор про дом, так сердце начинает болеть, уже так намучалась с ним. Столько всего прошла, столько писанины, столько юристов, столько составления всяких писем. Не знаю уже, в какую дверь идти».
Редакция направила запрос в администрацию Славского муниципального округа с просьбой пояснить, когда планируется расселение дома и в каком состоянии находится предложенное Светлане жильё.
