Фигуристка Елизавета Туктамышева рассказала о преследовании и попытках защититься

Хронология преследования.

Изначально ситуация казалась безобидной: неизвестный человек появлялся возле её автомобиля и постоянно следил за ней, часто дежуря у машины.

Поначалу артистка объясняла навязчивость поведения фанатов как редкий сюрприз для звезды и отмечала, что такие случаи случаются.

Однако страх усилился: после выступлений ей стало некомфортно подходить к автомобилю, ведь сталкер мог быть рядом.

Чтобы снизить риск, она стала выходит в сопровождении охраны или с крупными людьми, и однажды сталкер появился вместе с другом.

С приходом тёплой погоды преследователь не исчезал, знал место её проживания и продолжал преследование.

Позже она заметила розу у двери квартиры и поняла, что адрес стал известен.

Сталкер появлялся у подъезда в момент её приезда; она была вынуждена вызвать охрану и просить о защите.

По словам певицы, он знает адрес её семьи в Санкт‑Петербурге и отправляет подарки, если её дома нет.

Близкие — сестра и мать — понимали, что ситуация ненормальна и готовы поддержать её.

Ранее в интервью она говорила, что трудно принять нарушение личных границ, и что полиция не всегда может помочь.

Однако преследователь не принимал отказа.

Она лично просила прекратить: он отвечал попытками продолжить общение и писал письма, утверждая, что любит её.

По её словам, он говорил о некоей вселенной и неясных «играх» — она ничего не понимала, о чём речь.

Выходя на улицу, артистка постоянно оглядывалась: присутствие сталкера вызывало тревогу и отвращение, даже если она не была уверена в угрозе.

В итоге она обратилась в полицию, но ей сообщили, что без реальной угрозы случаи с цветами и открытками не подпадают под меры.

Сейчас она чаще говорит о ситуации, чтобы повлиять на поведение преследователя.

После откровенного разговора она надеялась, что преследователь поймёт пределы, но ситуация снова обострилась.

Артистка показала несколько записок, которые сталкер отправлял ей и её семье; по её словам, он выдумал себе вселенную и верит в происходящее.

По её словам, она не понимает, о каких «играх» и «левых страницах» идёт речь.