Россия временно лишилась значительной части экспортных мощностей по нефти из‑за ударов украинских беспилотников, а Иран на этом фоне открыл Ормузский пролив для танкеров ограниченного круга государств.
Глава МИД Ирана Аббас Арагчи сообщил, что властями страны принято решение разрешить проход через Ормузский пролив судам из ряда государств, которые в Тегеране считают дружественными. В перечень вошли Китай, Россия, Индия, Ирак и Пакистан.
«Для некоторых, кого мы определили как наши дружественные страны, мы разрешили проход через Ормузский пролив; Китай, Россия, Индия, Ирак, Пакистан получили разрешение проходить. Нет причин позволять нашему врагу проходить через Ормузский пролив», — заявил министр.
Сокращение экспорта российской нефти
Параллельно стало известно, что в России приостановлена работа как минимум 40% мощностей по добыче и экспорту нефти в результате серии атак украинских дронов на инфраструктуру топливно‑энергетического комплекса.
Повреждения, нанесённые беспилотниками, привели к существенному сокращению отгрузок через порты Новороссийска на Чёрном море, а также Приморска и Усть‑Луги на Балтике. Дополнительные сбои вызвали частые захваты российских танкеров в европейских водах, что нарушило поставки из порта Мурманск. С января также простаивает нефтепровод «Дружба».
Указанные маршруты обеспечивали экспорт порядка 2 млн баррелей сырья в сутки. По оценкам аналитиков, это одно из самых серьёзных нарушений поставок нефти в новейшей истории России.
Санкции США и интерес к стабилизации рынка
Вашингтон частично смягчил ограничения на торговлю российской нефтью: третьим странам позволено приобретать российские энергоносители, при условии что они были погружены на танкеры до 12 марта и уже находятся в море.
В США стоимость бензина и дизтоплива на автозаправках традиционно оказывает заметное влияние на электорат. Рост цен на нефть считается крайне нежелательным для американских властей, особенно в преддверии промежуточных выборов, запланированных на ноябрь 2026 года.
На этом фоне США не пытаются препятствовать иранскому нефтяному экспорту через Ормузский пролив и одновременно добиваются разблокировки маршрута. В частности, 23 марта президент Дональд Трамп объявил о пятидневном перемирии с Ираном и заявил, что Вашингтон ведёт переговоры с Тегераном о приостановке огня.
Тяжёлые переговоры по прекращению войны
По сообщениям СМИ, стороны обменялись жёсткими условиями прекращения войны, которые носят характер взаимных ультиматумов. Соединённые Штаты требуют от Ирана полного сворачивания ядерной программы, ограничения производства баллистических ракет и прекращения поддержки аффилированных вооружённых группировок на Ближнем Востоке.
Иран, со своей стороны, настаивает на компенсации ущерба от военных действий, признании за Тегераном контроля над Ормузским проливом, закрытии американских военных баз в Персидском заливе и прекращении израильской операции против «Хезболлы» в Ливане.
Ормузский пролив как узкое горлышко мировой энергетики
Ормузский пролив закрыт для полноценного судоходства уже более трёх недель. В обычных условиях через него проходит около четверти мировых объёмов морского экспорта нефти и примерно пятая часть поставок сжиженного природного газа.
Из‑за перебоев в поставках цены на бензин и дизельное топливо резко выросли, а газовый рынок переживает крупнейший за последние четыре года кризис ликвидности и логистики.
Ранее сообщалось, что Иран фактически монетизировал контроль над проливом, начав продавать «безопасный проход» за 2 млн долларов за судно. Переговоры о таких условиях с Тегераном вели Индия, Пакистан, Ирак, Малайзия и Китай.
Роль Китая и Индии в региональной энергетике
Китай является крупнейшим покупателем иранской нефти и тем самым одним из ключевых источников дохода иранского бюджета. При этом Пекин диверсифицирует энергопоставки, однако почти половина китайского импорта нефти и газа проходит именно через Ормузский пролив. После начала войны Китай активно давит на Иран, добиваясь восстановления стабильного судоходства по этому маршруту.
Энергосистема Индии остаётся крайне уязвимой к внешним шокам: имеющихся запасов нефти хватает примерно на 25 дней внутреннего спроса. В этих условиях Нью‑Дели стремится обеспечить доступ к альтернативным поставкам и стал одной из первых стран, получивших разрешение США на закупку российской нефти.
