Энергетический кризис, вызванный войной на Ближнем Востоке, усложнил для Европы отказ от российских углеводородов, однако Евросоюз по‑прежнему намерен двигаться к сокращению импорта.
Почему в начале 2026 года в Европу пришло больше российского СПГ
Блокировка Ормузского пролива существенно сократила предложение СПГ на мировом рынке: в критические периоды по проливу проходило лишь несколько газовозов, а ведущие поставщики с Ближнего Востока оказались ограничены в экспорте.
Страны Азии, традиционно зависимые от ближневосточного СПГ, начали искать альтернативы и вступили в конкуренцию с европейскими покупателями. В такой ситуации рост поставок из России выглядел предсказуемо — крупнейшие российские мощности, в частности «Ямал СПГ», исторически ориентированы и на европейский рынок.
По данным аналитики, в январе–апреле 2026 года «Ямал СПГ» отправил в ЕС около 6,69 млн тонн СПГ — это на 17,2% больше, чем за тот же период 2025 года и рекорд с момента запуска проекта в 2017 году.
Рост цен на газ также увеличил стоимость поставок: котировки на европейской бирже выросли с уровня около 30 евро/МВт·ч до средних значений порядка 50 евро в марте и около 45 евро в апреле, что заметно отразилось на суммарной выручке.
Кому достаются доходы и каковы политические риски
Основную выгоду от роста экспорта получает крупнейший акционер проекта — компания «Новатэк». Для СПГ действуют значительные налоговые льготы: нулевая ставка НДПИ и отсутствие вывозной пошлины на экспорт. В результате прямой вклад отрасли в бюджет меньше, чем у нефтяного сектора.
Помимо финансового эффекта экспорт газа сохраняет геополитическое значение: поставки регулярно использовались как инструмент влияния. Москва уже давала понять, что в случае давления поставки могут быть сокращены или частично перенаправлены в «дружественные» страны.
Сможет ли ЕС выдержать курс REPowerEU?
В соответствии со стратегией REPowerEU с 25 апреля вступил в силу запрет на импорт российского СПГ по краткосрочным контрактам; запрет на закупки по долгосрочным контрактам планируется с 1 января 2027 года. На практике это станет серьёзной проверкой, поскольку крупнейшие покупатели работают по долгосрочным соглашениям.
Если к концу года ситуация на рынке ухудшится, Еврокомиссия теоретически может объявить чрезвычайную ситуацию и временно смягчить ограничения. Однако эксперты предостерегают, что возобновление зависимости от российского газа стало бы стратегической ошибкой и увеличило бы риски энергетической безопасности.
Наконец, перенаправить весь экспорт в Азию для России непросто: Северный морской путь остаётся труднопроходимым большую часть года, а значительная часть флота и страхования танкеров связана с европейскими компаниями, что ограничивает быструю переориентацию поставок.
