На очередном заседании суда обвиняемый, которого называют Сергей, вновь заявил, что воспитывал ребёнка и занимался его физической подготовкой. По его словам, он не испытывал неприязни к пасынку и «любил этого ребёнка». При этом он признал, что «вспылил» из‑за плохого поведения ребёнка.
Позиция обвиняемого
Сергей повторил, что накануне смерти он не счёл ребёнка больным, хотя знал о приёме антибиотиков. Суд пытался выяснить мотивы случившегося, но однозначного ответа не последовало: обвиняемый связывает всё с утратой контроля над себе из‑за поведения мальчика.
Допрос матери
Мать ребёнка, Анастасия, на процессе настаивала, что её реплики в адрес сына не были угрозами или приказами. Суд показал видеозаписи, на которых видно, что накануне трагедии она неоднократно звонила родственникам и коллегам; суд просил её прокомментировать детали этих разговоров.
Анастасия утверждала, что дети в её отсутствие ели: «Я им наготовила, сварила борщ и котлеты с пюре». В ответ на уточнение о том, как ребёнок мог есть, лежа на полу, она сказала, что утром покормила сына перед уходом на работу. В ряде ответов мать ссылалась на забывчивость или отказывалась уточнять детали, иногда перебивала участников процесса и допускала саркастичные реплики.
Когда в записи прозвучали её слова «…Сделаешь хуже только себе, потому что мы будем живые, а ты в земле закопанный», Анастасия опустила голову и закрыла лицо руками.
Дальнейшие шаги суда
Суд продолжит исследование доказательств и допросы. Следующее заседание назначено на 17 июня.
