Президент демонстративно не реагирует на растущие проблемы в топливной сфере: удары беспилотников по нефтепереработке, перебои с поставками и дефицит бензина в регионах вызывают повседневные неудобства для населения, но в публичном поле власти фактически дистанцируются от прямых ответов.
Бензин нужен как вода
Российские власти вынуждены срочно искать поставки топлива у соседних стран, чтобы компенсировать недоступность части внутренней нефтепереработки. Во многих регионах введены ограничения на продажу бензина: лимиты в одни руки, запреты на розлив в канистры, снижение работы общественного транспорта и ограничения для авиации.
Остановка крупных заводов и повреждения нефтяных объектов приводят к дефициту топлива для сельхозтехники, что угрожает урожаю и может отразиться на запасах овощей, фруктов и зерна ближе к осени. Руководство формально отчитывает региональные власти, но вряд ли это меняет реальную картину нарушения логистики и производства.
Не исключается, что часть потребностей будут закрывать за счёт переработки в других странах и, возможно, импортных поставок с Ближнего Востока; тем временем в публичной повестке глава государства держит дистанцию и не признаёт масштабы кризиса.
Путин молчит о ситуации в Крыму
На аннексированном полуострове ситуация близка к гуманитарно‑логистической катастрофе: перебои в работе транспорта, огромные очереди на Крымском мосту и острый дефицит топлива и базовых товаров. Это подрывает повседневную жизнедеятельность и усиливает недовольство жителей.
В публичных выступлениях реакция была сдержанной: глава государства дал распоряжение минимизировать последствия атак, но не предложил срочных масштабных мер по восстановлению нормальной работы инфраструктуры.
Чего ожидает глава государства?
Отказываться от публичного принятия на себя ответственности глава государства перестал: вероятно, это часть стратегии — не накапливать личный негатив и позволить региональным руководителям «отдуваться» перед населением. Аналогичные схемы уже имели место в прошлых кризисах.
Есть и геополитический расчёт: молчание может быть связано с ожиданием внешних контактов и попыткой сохранить возможность корректировать позицию в дипломатических переговорах. Однако эффекты от такого выжидания двояки — пока проблема растёт, растёт и риск того, что элита и широкая публика придут к выводу о потере руководством контроля и адекватности.
Нарастающие провалы в обеспечении критической инфраструктуры и успехи обороны другой стороны в конфликте создают дополнительное давление: это увеличивает вероятность того, что доверие к верхушке власти продолжит снижаться.
Автор: Иван Преображенский, кандидат политических наук.
Мнение автора носит личный характер.
