Кратко
- По открытым источникам собрана база из 1305 человек, вернувшихся с СВО, которые потом получили назначения или мандаты; в сумме они заняли 1311 должностей.
- Рост назначений: ~45 в 2023 году, ~201 в 2024‑м, ~754 в 2025‑м, ~311 — с января по май 2026‑го.
- Это минимальная оценка: реальное число, вероятно, выше из‑за неполноты публичных данных.
Как собирались данные
Информация собрана по открытым источникам: сообщениям региональных и федеральных СМИ, сайтам органов власти и избиркомов, публичным спискам депутатов, кадровым программам и окологосударственным организациям. На этапе поиска использовались автоматические инструменты для нахождения упоминаний и формирования списка ФИО и должностей; все данные проверены вручную. В базу включены те, кто хотя бы формально фигурировал как участник боевых действий и затем получил или сохранил публичную роль.
Где таких больше всего?
Назначения распределены неравномерно по регионам. Наибольшее число случаев обнаружено в Московской области, Башкортостане, Татарстане, Самарской и Новосибирской областях, Якутии, а также в ряде других регионов. Учитывая возвращения на прежние должности, в лидерах остаётся Московская область; высокие показатели отмечены и в приграничных областях.
Какие пути ведут во власть?
- Через кадровые программы вроде «Время героев» и региональные аналоги: отбор, обучение, стажировки и последующее трудоустройство.
- Через участие в выборах — преимущественно муниципального и регионального уровня.
- Продолжение уже начатой карьеры: для тех, кто и до войны был связан с органами власти, служба стала ускорителем продвижения.
- Через добровольческие формирования (отряды БАРС, «Ахмат» и подобные), где участникам присваивают статус «участника СВО» и иногда обеспечивают публичный статус и связи.
Кто получает преимущество?
Из 1305 зафиксированных после участия в СВО человек значительная часть уже имела связи с государством: 447 работали ранее в государственных или муниципальных структурах, 303 — имели профессиональный военный бэкграунд, 98 — служили в силовых ведомствах. В сумме по меньшей мере 848 человек до войны имели опыт, приближённый к госслужбе. То есть «СВО» чаще становится лифтом прежде всего для тех, кто и до этого был в системе.
Какие именно должности занимают вернувшиеся?
Среди 1311 обнаруженных постов почти половина — муниципального уровня (656). Федеральных позиций немного (около 85), региональных — порядка 570. Попадают и в образовательные учреждения, ветеранские и «патриотические» проекты. Чаще всего роль — депутат (муниципальный или региональный). Есть также несколько губернаторских кейсов, заместители губернаторов, региональные министры, мэры и главы муниципалитетов.
Специфика механизмов: БАРС, «Ахмат», «депутатские батальоны»
Служба в некоторых добровольческих формированиях даёт формальный статус участника боевых действий даже при ограниченном риске на фронте. Появились практики «депутатских батальонов» и похожие схемы, где чиновники и политики демонстрируют лояльность или получают защиту и преимущества. Для части чиновников служба на фронте также использовалась как способ избежать уголовного преследования или смягчить последствия обвинений.
Насколько они влияют?
Часто возвращающихся назначают на должности, не связанные с крупными бюджетными потоками: департаменты по делам молодёжи, патриотическому воспитанию, взаимодействию с ветеранами, отделы безопасности и схожие направления. Такие позиции дают публичный статус и определённый доступ к кадровым решениям и программам, но не всегда — управление крупными ресурсами. Тем не менее в средних эшелонах власти доля уже «встроенных» в систему людей особенно высока.
Чего ждать дальше?
Запущенные кадровые программы и партийные практики свидетельствуют, что продвижение участников боевых действий не рассматривается как временная акция. Предстоящие выборы увеличат приток «ветеранов» в публичные списки и на должности: уже зафиксированы тысячи заявок на участие в партийных праймериз и десятки кандидатов, продвигаемых как представители СВО. При этом основная селекция и продвижение остаются под контролем партийных и региональных элит.
Вывод
Участие в СВО действительно открывает пути в публичную сферу, но эффект служит главным образом тем, кто и до войны был близок к власти. Для широких масс возвращение с фронта не всегда превращается в устойчивый карьерный лифт: многое зависит от прежних связей, участия в кадровых программах и поддержки партийных структур.
