В России формируются военизированные подразделения из украинских военнопленных. Кто попадает в набор, существуют ли признаки преступлений и каковы задачи таких формирований в конфликте — вопросы, которые продолжают обсуждать эксперты.
25‑летний старший лейтенант Павел Олейник из Волыни, до попадания в плен российским силам служивший в 101‑й отдельной бригаде охраны Генштаба ВСУ, объяснил своё решение тем, что присоединился к российской стороне ради побега.
После пережитых пыток и издевательств выпускник военного института принял предложение присоединиться к так называемому отдельному батальону имени Максима Кривоноса. Уже при первой возможности он воспользовался шансом уйти к украинским позициям.
Украинские добровольцы в российской армии
Первые упоминания об объединениях из бывших солдат ВСУ появились в начале 2023 года: сформирован был Добровольческий батальон имени Богдана Хмельницкого в составе боевого формирования под названием «Каскад» на неподконтрольной Украине территории.
Участники не всегда точно идентифицированы: источники говорили о десятках, но точная численность часто остаётся неясной.
Несмотря на внимание к этой теме в прессе, подтверждать участие кого‑либо в реальных боевых действиях до сих пор сложно; данные о составе и действиях остаются размытыми, лица редко раскрывают свои данные.
Кого включили в новую украинскую добровольческую бригаду
В августе 2026 года было объявлено о слиянии нескольких подразделений в так называемую Украинскую добровольческую бригаду спецназначения, в которую вошли ранее упомянутые формирования и другие отряды.
Данные об отдельных частях остаются ограниченными; публикуются ограниченные материалы от бывших украинских военнослужащих, которые попадали в плен или дезертировали, и лица редко раскрывают свои данные или подтверждают участие в боевых действиях.
Некоторые бойцы, появляющиеся в видеороликах отряда, действительно могли находиться в плену; однако надёжно подтвердить добровольное участие сложно.
Участвуют ли бойцы Кривоносовской группы в боевых действиях
Ситуация вокруг так называемого отдельного батальона имени Максима Кривоноса отличается тем, что его участие в боях фиксируется чаще; подтверждения есть и у украинских источников о его участии на Покровском направлении и других участках.
Ранее в соцсетях появлялись публикации о боях «кривоносовцев» и их участии в других направлениях; точная численность остаётся неопределённой, а некоторые участники сообщили, что попали в плен в 2023–2024 годах.
Лидер формирования — бывший депутат, сын которого занял должность замполита. В интервью российским СМИ он утверждал, что отряд не является подразделением армии РФ, а якобы украинское добровольческое формирование.
Зачем России украинские добровольцы
Эксперт отмечает: в России добровольческие формирования редко санкционированы с самого начала и контролируются централизованно; названия соединений не обязательно отражают их реальную численность.
Такие же оценки высказывали и украинские аналитики.
Свидетельства ветеранов‑пленных подчёркивают, что такие формирования не едины и их роль в войне остаётся предметом споров.
Формирование из пленных — военное преступление?
Вербовка военнопленного в вооружённые силы противника сама по себе не обязательно является преступлением, если нет принуждения; давление и насилие же противоречат Женевской конвенции и Международному уголовному суду.
По данным правозащитников, большинство украинских пленных подверглось пыткам или жесткому обращению; учитывая состояние возвращённых, любые попытки добровольной вербовки вызывают серьёзные сомнения.
Другой эксперт указывает на уголовные дела против отдельных участников; факт преследования может свидетельствовать о добровольном переходе на сторону РФ, но не обязательно — о военном преступлении российских властей.
Граница между давлением и свободным волеизъявлением определить сложно; плен — это атмосфера постоянного воздействия, что усложняет восприятие решений.
В каких условиях происходит вербовка пленных
По словам бывших пленных, переход на сторону РФ часто предлагался после тяжёлых допросов и угроз; иногда предложение рассматривалось как выход, чтобы сохранить жизнь и свободу.
Некоторые сообщали, что давление продолжалось и после первого отказа, включая попытки завербовать для разведки и обмена; предложение звучало после психоэмоционального давления.
Высказывались иные оценки способов воздействия: вербовщики искали «ценные кадры» и пытались убедить в выгоде перехода, а отказ мог иметь последствия.
Лица, которые приняли участие в подразделениях, редко открывают лица; многие считают этот шаг линией, переход за которую является личной чертой.
Что происходит после согласия
Военный Олейник рассказывает, что предложение поступало несколько раз; он принял решение лишь ради побега и удерживался в условиях оккупации, где допрашивали о составе бригады и её задачах.
После согласия начинались агитационные занятия и так называемая «перепрошивка» — читали лекции и требовали пересказывать полученную информацию.
Контроль и жестокое обращение в рядах
По словам Олейника, среди привлечённых бывших пленных встречались как добровольцы, так и люди, согласившиеся под принуждением; охрана осуществлялась специальными группами, а телефоны применялись под надзором.
Зарплату бывшим пленным выплачивали наличными через представителей военного ведомства; случаи избиений и пыток внутри подразделения отмечались.
Хотя подразделение постепенно привлекалось к боевым действиям, сам Олейник утверждал, что участия в боях против Украины не принимал и сбежал на первом выходе на фронт.
Полтора года Олейник находится в украинской территории в статусе военного плена; правоохранительные органы продолжают досудебное расследование по делу о государственной измене, но официального подозрения по статье пока не предъявлено.
