«Обращаться моим гонителям и палачам не желаю!» — Мария Бонцлер отказалась произносить последнее слово по делу о госизмене, потребовав открытого суда.
Калининградский адвокат Мария Бонцлер, обвиняемая в государственной измене, заявила, что отказывается произносить последнее слово и присутствовать на оглашении приговора, если суд не предоставит ей возможность выступить в открытом заседании. В письме из СИЗО от 14 октября она объяснила, почему не считает происходящее правосудием, рассказала об ухудшении здоровья и заявила, что фактически лишена возможности защищаться.
«Обращаться с какими‑либо словами к моим заведомым гонителям и палачам не желаю!», — написала Бонцлер.
По словам подсудимой, в СИЗО у нее ухудшается здоровье: давление и уровень сахара в крови удается контролировать с трудом, несмотря на большое количество лекарств. Некоторые последствия заболеваний, утверждает она, уже необратимы: погибли нервные волокна, постоянно немеют и мерзнут ноги, иногда — руки. В камере также холодно. Кроме того, ее сын Вячеслав потерял работу, из‑за чего семья столкнулась с материальными трудностями.
Бонцлер напомнила, что судья Александр Марочкин удалил из процесса трех ее адвокатов по соглашению, а затем и саму подсудимую. Разбирательство продолжается в закрытом режиме, и, по словам Бонцлер, она не знает, какие материалы исследуют и каких свидетелей допрашивают. Она также заявляет, что не получает протоколов заседаний, а назначенному судом адвокату не доверяет.
«На суде в мое отсутствие получается анекдотическая ситуация — меня судят без меня и моих защитников», — пишет она.
В подготовленном вместо последнего слова обращении Бонцлер заявила, что не может назвать суд уважаемым. Она считает, что в ходе процесса к ней применяли пытки и издевательства, в том числе использовали акустическое устройство под предлогом сохранения государственной тайны. Все три полноценных заседания с ее участием, напомнила обвиняемая, закончились вызовом скорой помощи. Она также жалуется на тяжелые условия доставки в суд и обратно в СИЗО, которые, как утверждает адвокатка, не учитывают ее возраст и состояние здоровья.
Отдельно Бонцлер оспаривает закрытый режим разбирательства. Она ссылается на постановление Пленума Верховного суда РФ от 13 декабря 2012 года № 35, согласно которому для сохранения государственной тайны закрывать следует ту часть заседания, в которой исследуются соответствующие сведения. Бонцлер утверждает, что сознательно отказалась от исследования материалов, которые следствие считает секретными, и запретила делать это своим защитникам, чтобы оспорить засекречивание доказательств и добиться открытого процесса.
Она также ссылается на практику Комитета ООН по правам человека и статью 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. По ее мнению, в деле нет сведений, которые действительно требовали бы закрытия всего процесса, а отсутствие гласности нарушает право на справедливое разбирательство.
«Открытость судебных заседаний является одним из средств поддержания доверия общества к суду», — пишет адвокат.
Бонцлер заявляет, что с самого начала уголовного преследования не доверяла российской судебной системе, напоминая о своих невиновных подзащитных, получивших, по ее оценке, «чудовищные сроки». Теперь она говорит, что доверяет только высшему правосудию и готова смиренно принять любой его приговор, одновременно молясь за тех, кого считает своими палачами.
В заключение Бонцлер требует предоставить ей возможность произнести последнее слово в открытом судебном заседании. В противном случае она откажется от выступления и не станет присутствовать на оглашении приговора.
Мария Бонцлер была арестована в мае 2025 года. Первоначально ее обвиняли в конфиденциальном сотрудничестве с иностранным государством, позднее обвинение переквалифицировали на государственную измену. По версии следствия, адвокат передавала за границу сведения о местных силовиках, полученные во время профессиональной деятельности.
