В суде заслушали результаты лингвистической экспертизы
Эксперт исследовал записи телефонных разговоров матери погибшего мальчика и проанализировал фразы, адресованные детям и мужу. Эти высказывания, по мнению эксперта, нельзя рассматривать лишь как пустые слова — в заключении они характеризуются иначе.
«В ходе анализа высказываний… было установлено, что в них имеются акты, свойственные коммуникативной стратегии запугивания», — зачитал прокурор, перечислив угрозы лишения воды, еды и подарков на день рождения, а также угрозу «засунуть в холодную воду».
Лингвист также отметил, что мать побуждает старшую дочь создать в комнате негативные условия для мальчика — открыть окно и выключить обогреватель. Повышенный тон и использование ненормативной лексики усиливают эффект устрашения.
Саму обвиняемую эти выводы не убедили. Она настаивала, что это были «просто слова», объясняла грубую речь привычкой, а громкий голос — особенностью слуха: «Я у него ничего не забирала и ничем не угрожала, это не угрозы!». На уточняющие вопросы прокурора женщина отвечать отказалась и вступала в пререкания, за что судья сделала ей замечание и попросила не выяснять отношения в зале.
Отчим погибшего не стал комментировать экспертное заключение. Он подтвердил, что собеседник, которого обвиняемая называет «Котиком» и «Серёжей», — это он, но прочие детали посчитал не касающимися себя.
Далее суд перешёл к исследованию файлов, хранящихся в мобильных телефонах обвиняемых. Заседание продолжилось в закрытом режиме, поскольку эти материалы могут содержать личную информацию.
