После начала конфликта 2014 года и особенно после начала полномасштабной войны Россия удерживает граждан Украины в заключении. По данным известно минимум 1878 гражданских украинцев, среди которых как минимум 223 женщины. Как и военнослужащие, гражданские редко получают шанс на обмен. Украина настаивает на соблюдении Женевских конвенций, считая такие задержания незаконными, тогда как Россия утверждает, что задержанные отбывают сроки за терроризм и государственную измену. Обмен между военными и гражданскими почти не производится, поэтому вопрос возвращения узников остаётся нерешённым.
В одном международном издании опубликован подробный материал об украинках, оказавшихся в одной камере ростовского СИЗО‑1. Среди них были женщины из ВСУ и те, кто не состоит в составе вооружённых сил. Если первых обменяли, то вторые остаются в заключении. Пересказываются истории двух из них.
В тексте приводятся подробности пыток. Если чтение вызывает тяжёлые ощущения, лучше прекратить чтение.
Валентина Заярная, 66 лет
Учительница английского языка из Амвросиевки рассказала, как в 2018 году познакомилась с пограничником по имени Дима на контрольном пункте, который фактически стал линией границы между непризнанной ДНР и подконтрольными Украине территориями. Они общались и обменивались телефонами, продолжали переписку и считали друга друга семьей.
На деле его позывной — Дима. Он служил на обороне Мариуполя; после боёв он позвонил Заярной и попросил забрать для него посылку из Донецка. В посылке оказался поддельный паспорт, который позволял ему уехать. Он лгал, что не участвовал в боевых действиях. Заярная поехала к нему в Амвросиевку. На блокпостах им повезло: машину и документы не проверяли.
Сторожук прожил у Заярной почти год. Однажды он попросил ее забрать для него одну посылку из Донецка. В ней был поддельный паспорт, что позволил бы ему уехать. Учительницу задержала ФСБ, и она узнала, что «Дима» не гражданский, что он поддерживал связь с сослуживцами и прятал у неё дома оружие и взрывчатку. Её обвинили в том, что она помогла Сторожуку готовить покушение на одного из депутатов ДНР, и дали 12 лет. Сам Сторожук получил 22 года. Однако до суда, осенью 2024 года, его обменяли.
Сокамерницы Заярной осуждали Сторожука за то, что он лгал ей и подставлял её. Но Заярная, по их словам, всегда защищала своего «Диму» — даже несмотря на то, что во время следствия, подписав признание, она пыталась покончить с собой.
В письме журналисту международного журнала Заярная написала: «Главное — мои мальчики живы и свободны». Она добавила, что считает тюрьму «школой выживания, проверкой человечности и порядочности». В заключении она продолжила преподавать английский — сокамерницам.
Наталия Власова, 44 года
Власова была лишена свободы уже более семи лет. В суде она рассказывала, что всё началось в 2018 году, когда знакомый сотрудник СБУ предложил ей поехать в Донецк и поменять на работе люстру гражданина, которому нужно было исчезнуть в Киеве. Ей пообещали помощь с уголовным делом — за хранение наркотиков. Затем последовало ещё одно поручение, и её задержали.
Власову привезли в «Изоляцию» — секретную тюрьму в Донецке. В «Изоляции» женщину пытали: снимали одежду, обматывали скотчем и били током, а когда она теряла сознание, приводили в чувства нашатырём. По её словам, в пытках участвовал Владимир Евдокимов, сотрудник министерства госбезопасности ДНР, которого считают создателем этой камеры. «Евдокимов пилил мне зубы напильником, выкручивал соски и пытался засунуть бутылку во влагалище», — приводят её слова.
Человек, который слышал её показания, заявил, что после рассказа Власовой судья спросил, хочет ли она включить это в протокол. Это было тяжёлым моментом, но судья и другие сохраняли нейтралитет, и всё же женщина получила 18 лет за ряд обвинений, включая попытку на Евдокимова.
За семь лет заключения Власова не раз видела, как её сокамерниц отправляют на обмен. В Ростовском СИЗО она держала запас чистой одежды — на случай, если ей скажут: «С вещами на выход».
Её дочь Юля, живущая с отцом в Киеве, достигла 11 лет. Родные не хотели, чтобы дочь знала о пытках матери, но она всё равно увидела кадры суда. Юля спросила: «Что такое соски?» В прошлом году она приняла участие в уличной акции в Киеве в поддержку украинок в российских заключениях и принесла плакат с напоминанием дочери: «Мама, помни, обещала котёнка».
Еще одна узница войны — Ирина Навальная, уроженка Мариуполя. По делу о подготовке теракта она получила восемь лет, заявляют источники. После задержания она рассказывала, что подвергалась пыткам.
Крым этим летом — фотографии пустующего полуострова.
