Серия ударов беспилотников по Москве стала одним из крупнейших эпизодов с начала полномасштабного вторжения и заметно повлияла на настроения не только рядовых граждан, но и политической и деловой элиты.
Что говорят эксперты
По мнению лауреатки Пулитцеровской премии Энн Эпплбаум, эти события заставляют влиятельных людей «наконец‑то увидеть войну» и понять, что Россия не побеждает, а сама война приближается.
Экспертка отмечает, что удары не приведут к немедленному окончанию конфликта, но способны вызвать значительное изменение настроений среди бизнес‑ и политической элиты, которая по‑прежнему оказывает влияние на принятие решений в верхах власти.
Даже при попытках властей не показывать последствия атак факт их произошедшего сам по себе важен: он демонстрирует, что жители страны не в полной безопасности, война продолжается и за неё платят высокую цену.
Возможные действия руководства
Историк Майкл Киммидж предупреждает, что при росте внутреннего недовольства руководство может ответить усилением репрессий внутри страны и наращиванием атак на гражданскую инфраструктуру соперника — например, объектов водо- и электроснабжения. Это может привести к масштабным гуманитарным последствиям.
При этом журналист Евгений Славный призывает не переоценивать скорость изменений: критика Путина со стороны отдельных националистов не обязательно означает отказ от поддержки войны — многие сохраняют агрессивные намерения, даже выражая недовольство действиями Кремля.
Кто будет решать будущее власти
Политолог Антон Еремин считает, что ключевую угрозу для нынешней власти представляет сама система безопасности: она может пожертвовать действующим лидером ради собственного выживания и поставить новую фигуру, объявив паузу в войне. Однако такая пауза, по его мнению, скорее подготовит почву для новой агрессии, а решения по дальнейшему курсу будут во многом зависеть и от внешних столиц.
В целом эксперты отмечают, что пока не ясно, приведут ли изменения в настроениях к реальным политическим сдвигам: возможны как быстрые репрессии и эскалация, так и долгий период неопределённости.